Зверей немало есть на свете -
Варанов, ящериц и змей.
Но нет загадочнее этих,
Так называемых ежей.

Во гневе еж бывает страшен,
Он средь родных полей и пашен
Как тигр рыскает, рыча,
Крича и лапками суча.

И, собираясь в косяки,
Летят ежи и в небе тают,
Подобно журавлиной стае -
Свободны, вечны, высоки.

И нет на целом белом свете
Зверей душевнее, чем эти.

Над рекой поднялся туман, и грустная белая лошадь утонула в нем по грудь, и теперь казалось — большая белая утка плывет в тумане и, отфыркиваясь, опускает в него голову.
Ёжик сидел на горке под сосной и смотрел на освещенную лунным светом долину, затопленную туманом.
Красиво было так, что он время от времени вздрагивал: не снится ли ему все это?
А комарики не уставали играть на своих скрипочках, лунные зайцы плясали, а собака выла.
«Расскажу — не поверят!» — подумал Ёжик и стал смотреть еще внимательнее, чтобы запомнить до последней травинки всю красоту.
«Вот и звезда упала, — заметил он, — и трава наклонилась влево, и от елки осталась одна вершина, и теперь она плывет рядом с лошадью...
А интересно, — думал Ёжик, — если лошадь ляжет спать, она захлебнется в тумане?»
И он стал медленно спускаться с горы, чтобы тоже попасть в туман и посмотреть, как там внутри.
— Вот, — сказал Ёжик. — Ничего не видно. И даже лапы не видно. Лошадь! — позвал он.
Но лошадь ничего не сказала.
«Где же лошадь?» — подумал Ёжик. И пополз прямо. Вокруг было глухо темно и мокро, лишь высоко вверху сумрак слабо светился.
Полз он долго-долго, и вдруг почувствовал, что земли под ним нет и он куда-то летит.
Бул-тых!
«Я в реке!» — сообразил Ёжик, похолодев от страха. И стал бить лапами во все стороны.
Когда он вынырнул, было по-прежнему темно, и Ёжик даже не знал, где берег.
«Пускай река сама несет меня!» — решил он. Как мог, глубоко вздохнул, и его понесло вниз по течению.
Река шуршала камышами, бурлила на перекатах, и Ёжик чувствовал, что совсем промок и скоро утонет.
Вдруг кто-то дотронулся до его задней лапы.
— Извините, — беззвучно сказал кто-то, — кто вы и как сюда попали?
— Я — Ёжик, — тоже беззвучно ответил Ёжик. — Я упал в реку.
— Тогда садитесь ко мне на спину, — беззвучно проговорил кто-то. — Я отвезу вас на берег.
Ёжик сел на чью-то узкую скользкую спину и через минуту оказался на берегу.
— Спасибо — вслух сказал он.
— Не за что — беззвучно выговорил кто-то, кого Ёжик даже не видел, и пропал в волнах.
«Вот так история... — размышлял Ёжик, отряхиваясь. — Разве кто поверит?!»

И заковылял в тумане.

Теорема
Требуется доказать, что ежики - это матросы, а матросы - наоборот, ежики. То есть, что эти два понятия идентичны.

При объяснении многих нетривиальных (и тем более тривиальных) фактов в качестве последнего аргумента используется утверждение, что "это и ежу понятно". Поскольку вышеназванные факты могут касаться совершенно любых областей научной, социальной, культурной и прочих видов деятельности человека и животных, а также аспектов устройства окружающего мира, то данное утверждение можно с легкостью аппроксимировать на всю сферу деяний и мышления человека и, конечно же, ежика.
Таким образом, мы получаем утверждение: "Ежику понятно все".
Далее.
Если "ежику понятно все", то, следовательно, у него не возникает вопросов.
Широко известна категория людей, у которых нет вопросов - это матросы.
Следовательно, ежики - это матросы.
Также верно и обратное утверждение, что матросы - это ежики: у матросов нет вопросов, следовательно, им все понятно, следовательно, они - ежики!
Теорема доказана!